Она искала отца почти 70 лет

Им не удалось уйти в тыл, воинские части взорвали за собой все мосты, и беженцы вынуждены были остаться на оккупированной территории. Голод, насилие над мирными жителями и советскими военнопленными со стороны фашистов и их местных приспешников, колмовская больница в предместье Новгорода, где женщина и три ее дочери нашли временный приют и работу, гибель в результате несчастного случая старшей сестры, угон на работы в Прибалтику, доносы, облавы, бегство от карателей и, наконец, возвращение на Родину – все это пережила маленькая Люда за три военных года.

В 1945-ом отец с войны не вернулся. В 46-ом умерла от болезни младшая сестра. Людмила и ее мама Екатерина Александровна остались одни. Запросы о судьбе отца начали слать в различные военные ведомства с 1946 года, когда поняли, что Петр Алексеевич уже не вернется в их дом в Новгороде. Искала и родня, но все ответы приходили с одинаковой формулировкой – пропал без вести. Екатерина Александровна умерла в 1991 году, так ничего не узнав о судьбе мужа. Людмила Петровна продолжала поиски. Безрезультатно.

В 2014-ом кто-то посоветовал обратиться к поисковикам. Дрозд пришла в Зал воинской славы Великого Новгорода к Светлане Михайловне Орловой. Несколько часов, что называется, прочесывали интернет и … Обе глазам своим не поверили, когда обнаружили Петра Алексеевича Андрюшина в списках погибших военнослужащих, найденных новосибирскими поисковиками. Андрюшин П.А., уроженец д. Борки Новгородского района, воевал в 666-ом стрелковом полку 153-й стрелковой дивизии и погиб в бою в 1942 году в районе ст. Погостье Кировского района Ленинградской области, найден поисковиками Сибирского кадетского корпуса в 1998 году, захоронен там же в братской могиле. Волнение Людмилы Петровны от этого ошеломляющего известия передалось всем: и Орловой, и поисковикам отряда «Шкраб» экспедиции «Долина», которым она руководит уже многие годы. Сразу решили – надо ехать в Погостье. Может быть, это единственный шанс Людмилы Петровны Дрозд побывать на могиле своего отца – место почти безлюдное, единственный транспорт – электричка, далее пешком по заболоченному мелколесью.

Орлова связалась с Натальей Изотовной Некрасовой - руководителем Центра патриотического воспитания муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения города Новосибирска «Кадетская школа-интернат «Сибирский кадетский корпус», именно ее поисковики нашли останки Андрюшина, а сама она уже много лет руководит поисковыми работами в районе ст. Погостье. Договорились о встрече поисковиков и Людмилы Петровны Дрозд. В ближайший выходной собрались в путь.

Дорога из Великого Новгорода до Новой Малуксы заняла почти 3 часа: по асфальту ехали только по маршруту Новгород – Тосно – Пухолово – Петрово. Далее - разбитая грунтовка, местность даже по районным меркам – глухомань. На редких заросших бурьяном и кустарником полях вдоль дороги следы войны – изъеденные временем железобетонные коробки ДОТов. Новая Малукса – типичный небольшой населенный пункт северо-западной России, где большую часть населения составляют дачники. Вот и платформа электрички. Следующая станция – Погостье. Еще в Пухолово нас на машине встретили Наталья Изотовна и питерские поисковики. Еще несколько человек были посланы Некрасовой к захоронению заранее – проложить путь, развести костер для обогрева и, наконец, встретить и провести нас к братской могиле. Такая забота оказалась ненапрасной, еще на подъезде к Пухолово повалил густой, совсем не мартовский снег.

В Погостье на железнодорожной платформе нас ждали поисковики из Киришей, пожухлая прошлогодняя трава вокруг была уже покрыта слоем снега сантиметров в десять. У платформы на небольшой возвышенности поминальный крест. Его установили поисковики на месте развалин старого станционного помещения. Вокруг заболоченные низины. Характер местности почти идентичен нашему мясноборскому. Здесь, прямо по насыпи железнодорожного полотна, проходила линия немецкой обороны, которую постоянно атаковали наши войска. В конце платформы под елями – памятник нашим воинам, скромный послевоенный обелиск. Местные поисковики говорят, что погибших находили и под остатками фундамента вокзальчика, и на насыпи. Под железнодорожной платформой вырытые в песке неглубокие ямы – это места, где нашли останки наших бойцов. Солдат захоронили, ямы так и остались. Их никто не видит, кому придет в голову заглянуть под перрон. В 70 метрах от железки начинаются первые деревенские постройки. Вот оно – Погостье! Страшное и священное место! Это про него писал Николай Никулин в своих «Воспоминаниях о войне»:

«В армейской жизни под Погостьем сложился между тем своеобразный ритм. Ночью подходило пополнение: пятьсот — тысяча — две-три тысячи человек. То моряки, то маршевые роты из Сибири, то блокадники (их переправляли по замерзшему Ладожскому озеру). Утром, после редкой артподготовки, они шли в атаку и оставались лежать перед железнодорожной насыпью. Двигались в атаку черепашьим шагом, пробивая в глубоком снегу траншею, да и сил было мало, особенно у ленинградцев. Снег стоял выше пояса, убитые не падали, застревали в сугробах. Трупы засыпало свежим снежком, а на другой день была новая атака, новые трупы, и за зиму образовались наслоения мертвецов, которые только весною обнажились от снега, — скрюченные, перекореженные, разорванные, раздавленные тела. Целые штабеля».

Идем вдоль полотна метров пятьдесят и сворачиваем с насыпи в пролесок. Несмотря на слой снега, под ногами сразу начинает хлюпать вода. Тропинка видна хорошо – поисковики постарались, утоптали. Через 100 метров выходим на большую поляну. В глаза сразу бросаются простое деревянное ограждение, выкрашенное синей краской, и силуэт небольшой рубленной часовенки. Это и есть конечная точка нашей поездки – братское захоронение, где лежит красноармеец Петр Андрюшин – отец Людмилы Дрозд.смо

Этого захоронения нет ни на картах, ни в каких-либо списках. Его вообще официально НЕТ! Тут подзахоранивали найденные на Вахтах Памяти останки наших солдат. Надеялись, что потом местные власти найдут возможность перезахоронить их на мемориалах в более жилых и доступных населенных пунктах, в той же Малуксе. Когда братских могил стало много, надеялись, что этому захоронению придадут статус официального. Надеялись зря.

Площадь воинского кладбища метров 300-400, снег очертил холмики братских могил – их несколько десятков, над каждой установлен православный крест. Валуны выполняют роль памятных обелисков. Недалеко от ограждения захоронения дымится костер. Поисковики греют чай. Подходим, знакомимся. Здесь ребята из трех отрядов, давно работают в этом районе. Некрасова у них непререкаемый авторитет. Она уводит Людмилу Петровну к братской могиле, где лежит ее отец. Что-то долго рассказывает, успокаивает тихо плачущую Дрозд. Потом подходим и все мы. Ребята зажигают свечи. Поминаем Петра Алексеевича и всех погибших воинов. Людмила Петровна просит набрать земли с могилы отца. Скоро электричка на Малуксу, нам пора. Пьем чай, фотографируемся на память.

Нас провожают до платформы. Падает снег. Тишину нарушают лишь наши голоса. Слышен сигнал электровоза. До свидания, Погостье. ДО СВИДАНИЯ.